Картина первая. Двенадцать месяцев

Двенадцать месяцев

Действующие лица

Старуха-мачеха.
Дочка.
Падчерица.
Королева, девочка лет четырнадцати.
Гофмейстерина, высокая, тощая старая дама.
Учитель Королевы, профессор арифметики и чистописания.
Канцлер.
Начальник королевской стражи.
Офицер королевской стражи.
Королевский прокурор.
Посол Западной державы.
Посол Восточной державы.
Главный садовник.
Садовники.
Старый Солдат.
Молодой Солдат.
Волк.
Лисица.
Старый Ворон.
Заяц.
Первая Белка.
Вторая Белка.
Медведь.
Двенадцать месяцев.
Первый Глашатай.
Второй Глашатай.
Придворные.
Пажи.

Действие первое

Картина первая

Зимний лес. Укромная полянка. Никем не потревоженный снег лежит волнистыми сугробами, покрывает деревья пушистыми шапками. Очень тихо. Несколько мгновений на сцене пусто, даже как будто мертво. Потом солнечный луч пробегает по снегу и освещает белесо-серую Волчью голову, выглянувшую Картина первая. Двенадцать месяцев из чащи, Вóрона на сосне, Белку, примостившуюся в развилине ветвей у дупла. Слышится шорох, хлопанье крыльев, хруст сухого дерева. Лес оживает.

Волк. У-у-у! Поглядишь, будто нет никого в лесу, будто пусто кругом. Да меня не надуешь! Я чую - и заяц тут, и белка в дупле, и вóрон на суку, и куропатки в сугробе. У-у-у! Так бы всех и съел!

Ворон. Карр, карр! Вррешь - всех не съешь.

Волк. А ты не каркай. У меня с голодухи брюхо свело, зубы сами щелкают.

Ворон. Карр, карр! Иди, бррат, своей доррогой, никого не трогай. Да смотри Картина первая. Двенадцать месяцев, как бы тебя не тронули. Я воррон зоркий, за тридцать верст с дерева вижу.

Волк. Ну, что ж ты видишь?

Ворон. Карр, карр! По дорроге солдат идет. Волчья смерть у него за плечами, волчья гибель на боку. Карр, карр! Куда ж ты, серрый?

Волк. Скучно слушать тебя, старого, побегу туда, где тебя нет! (Убегает.)

Ворон. Карр, карр! Убрался серый восвояси, струсил. Поглубже в лес - от смерти подальше. А солдат-то не за волком, а за елкой идет. Санки за собой тянет. Праздник нынче - Новый год. Недарром и мороз ударил новогодний, трескучий. Эх, расправить бы крылья, полетать, согреться Картина первая. Двенадцать месяцев - да стар я, стар... Карр, карр! (Прячется среди ветвей.)

На поляну выскакивает Заяц. На ветвях рядом с прежней Белкой появляется еще одна.

Заяц (хлопая лапкой о лапку). Холодно, холодно, холодно! От мороза дух захватывает, лапы на бегу к снегу примерзают. Белки, а белки, давайте играть в горелки. Солнце окликать, весну зазывать!

Первая Белка. Давай, заяц. Кому первому гореть?

Заяц. Кому выпадет. Считаться будем.

Вторая Белка. Считаться так считаться!

Косой, косой,
Не ходи босой,
А ходи обутый,
Лапочки закутай.
Если будешь ты обут,
Волки зайца не найдут,
Не найдет тебя медведь.
Выходи - тебе гореть!

Заяц становится впереди. За ним - две Белки.

Заяц

Гори, гори Картина первая. Двенадцать месяцев ясно,
Чтобы не погасло.
Глянь на небо -
Птички летят,
Колокольчики звенят!

Первая Белка. Лови, заяц!

Вторая Белка. Не догонишь!

Белки, обежав Зайца справа и слева, мчатся по снегу. Заяц - за ними. В это время на полянку выходит Падчерица. На ней большой рваный платок, старая кофта, стоптанные башмаки, грубые рукавицы. Она тянет за собой санки, за поясом у нее топорик. Девушка останавливается между деревьями и пристально смотрит на Зайца и Белок. Те так заняты игрой, что не замечают ее. Белки с разгона взбираются на дерево.



Заяц. Вы куда, куда? Так нельзя, это нечестно! Я с вами больше не играю Картина первая. Двенадцать месяцев.

Первая Белка. А ты, заяц, прыгни, прыгни!

Вторая Белка. Подскочи, подскочи!

Первая Белка. Хвостом махни - и на ветку!

Заяц (пытаясь прыгнуть, жалобно). Да у меня хвост короткий...

Белки смеются. Девушка тоже. Заяц и Белки быстро оглядываются на нее и прячутся.

Падчерица (вытирая слезы рукавицей). Ох, не могу! До чего смешно! На морозе жарко стало. Хвост, говорит, у меня короткий. Так и говорит. Не слыхала бы своими ушами - не поверила бы! (Смеется.)

На поляну выходит Солдат. За поясом у него большой топор. Он тоже тянет за собой санки. Солдат - усатый, бывалый, немолодой.

Солдат. Здравия желаю, красавица! Ты чему же это Картина первая. Двенадцать месяцев радуешься - клад нашла или хорошую новость услыхала?

Падчерица машет рукой и смеется еще звонче.

Да ты скажи, с чего тебя смех разбирает. Может, и я посмеюсь с тобой вместе.

Падчерица. Да вы не поверите!

Солдат. Отчего же? Мы, солдаты, на своем веку всего наслышались, всего нагляделись. Верить - верим, а в обман не даемся.

Падчерица. Тут заяц с белками в горелки играл, на этом самом месте!

Солдат. Ну?

Падчерица. Чистая правда! Вот как наши ребятишки на улице играют. "Гори, гори ясно, чтобы не погасло..." Он за ними, они от него, пó снегу да на дерево. И еще дразнят Картина первая. Двенадцать месяцев: "Подскочи, подскочи, подпрыгни, подпрыгни!"

Солдат. Так по-нашему и говорят?

Падчерица. По-нашему.

Солдат. Скажите на милость!

Падчерица. Вот вы мне и не верите!

Солдат. Как не верить! Нынче день-то какой? Старому году конец, новому - начало. А я еще от деда своего слыхал, будто его дед ему рассказывал, что в этот день всякое на свете бывает - умей только подстеречь да подглядеть. Это ли диво, что белки с зайцами в горелки играют! Под Новый год и не такое случается.

Падчерица. А что же?

Солдат. Да так ли, нет ли, а говорил мой дед, что в самый канун Нового года довелось его Картина первая. Двенадцать месяцев деду со всеми двенадцатью месяцами встретиться.

Падчерица. Да ну?

Солдат. Чистая правда. Круглый год старик разом увидал: и зиму, и лето, и весну, и осень. На всю жизнь запомнил, сыну рассказал и внукам рассказать велел. Так до меня оно и дошло.

Падчерица. Как же это можно, чтобы зима с летом и весна с осенью сошлись! Вместе им быть никак нельзя.

Солдат. Ну, что знаю, про то и говорю, а чего не знаю, того не скажу. А ты зачем сюда в такую стужу забрела? Я человек подневольный, меня начальство сюда отрядило, а тебя кто?

Падчерица. И я не своей волей Картина первая. Двенадцать месяцев пришла.

Солдат. В услужении ты, что ли?

Падчерица. Нет, дома живу.

Солдат. Да как же тебя мать отпустила?

Падчерица. Мать бы не отпустила, а вот мачеха послала - хворосту набрать, дров нарубить.

Солдат. Вон как! Значит, ты сирота? То-то и амуниция у тебя второго сроку. Верно, насквозь тебя продувает. Ну, давай я тебе помогу, а потом и за свое дело примусь.

Падчерица и Солдат вместе собирают хворост и укладывают на санки.

Падчерица. А у вас какое дело?

Солдат. Елочку мне нужно вырубить, самую лучшую в лесу, чтоб и гуще ее не было, и стройней не было, и зеленей не Картина первая. Двенадцать месяцев было.

Падчерица. Это для кого же такая елка?

Солдат. Как - для кого? Для самой королевы. Завтра у нас гостей полон дворец будет. Вот и надо нам всех удивить.

Падчерица. А что же у вас на елку повесят?

Солдат. Что все вешают, то и у нас повесят. Всякие игрушки, хлопушки да побрякушки. Только у других вся эта канитель из бумаги золотой, из стекляшек, а у нас из чистого золота и алмазов. У других куклы и зайчики ватные, а у нас атласные.

Падчерица. Неужто королева еще в куклы играет?

Солдат. Отчего же ей не играть? Она хоть и королева Картина первая. Двенадцать месяцев, а не старше тебя.

Падчерица. Да я-то уж давно не играю.

Солдат. Ну, тебе, видать, некогда, а у нее время есть. Над ней-то ведь никакого начальства нет. Как померли ее родители - король с королевой, - так и осталась она полной хозяйкой и себе и другим.

Падчерица. Значит, и королева у нас сирота?

Солдат. Выходит, что сирота.

Падчерица. Жалко ее.

Солдат. Как не жалко! Некому поучить ее уму-разуму. Ну, твое дело сделано. Хворосту на неделю хватит. А теперь пора и мне за свое дело приниматься, елочку искать, а то попадет мне от нашей сироты. Она у нас шутить не Картина первая. Двенадцать месяцев любит.

Падчерица. Вот и мачеха у меня такая... И сестрица вся в нее. Что ни сделаешь, ничем им не угодишь, как ни повернешься - все не в ту сторону.

Солдат. Погоди, не век тебе терпеть. Молода ты еще, доживешь и до хорошего. Уж на что наша солдатская служба долгая, а и ей срок выходит.

Падчерица. Спасибо на добром слове, и за хворост спасибо. Быстро я нынче управилась, солнце еще высоко стоит. Дайте-ка я вам елочку одну покажу. Не подойдет ли она вам? Уж такая красивая елочка - веточка в веточку.

Солдат. Что же, покажи. Ты, видно, здесь в лесу своя. Недаром белки Картина первая. Двенадцать месяцев с зайцами при тебе в горелки играют!

Падчерица и Солдат, оставив санки, скрываются в чаще. Мгновение сцена пуста. Потом ветви старых заснеженных елей раздвигаются, на поляну выходят два высоких старика:Январь-месяц в белой шубе и шапке и Декабрь-месяц в белой шубе с черными полосами и в белой шапке с черной опушкой.

Декабрь. Вот, брат, принимай хозяйство. Как будто все у меня в порядке. Снегу нынче довольно: березкам по пояс, соснам по колено. Теперь и морозцу разгуляться можно - беды уж не будет. Мы свое время за тучами прожили, вам и солнышком побаловаться не грех.

Январь. Спасибо, брат Картина первая. Двенадцать месяцев. Видать, ты славно поработал. А что, у тебя на речках да на озерах крепко лед стал?

Декабрь. Ничего, держится. А не мешает еще подморозить.

Январь. Подморозим, подморозим. За нами дело не станет. Ну, а народ лесной как?

Декабрь. Да как полагается. Кому время спать - спит, а кто не спит, тот прыгает да бродит. Вот я их созову, сам погляди. (Хлопает рукавицами.)

Из чащи выглядывают Волк и Лисица. На ветвях появляются Белки. На середину полянки выскакивает Заяц. За сугробами шевелятся уши других зайцев. Волк и Лисица нацеливаются на добычу, но Январь грозит им пальцем.

Январь. Ты что, рыжая Картина первая. Двенадцать месяцев? Ты что, серый? Думаете, для вас мы зайцев сюда созвали? Нет, уж вы сами для себя промышляйте, а нам всех лесных жильцов посчитать надо: и зайцев, и белок, да и вас, зубастых.

Волк и Лисица притихают. Старики неторопливо считают зверей.

Декабрь
Собирайтесь, звери, в стаю,
Я вас всех пересчитаю.
Серый волк. Лиса. Барсук.
Куцых зайцев сорок штук.
Ну, теперь куницы, белки
И другой народец мелкий.
Галок, соек и ворон
Ровным счетом миллион!

Январь. Вот и ладно. Все вы пересчитаны. Можете идти по своим домам, по своим делам.

Звери исчезают.

А теперь, братец, пора нам к нашему празднику приготовиться - снег в лесу обновить, ветви посеребрить. Махни Картина первая. Двенадцать месяцев-ка рукавом - ты ведь еще здесь хозяин.

Декабрь. А не рано ли? До вечера еще далеко. Да вон и санки чьи-то стоят, значит, люди по лесу бродят. Завалишь тропинки снегом - им отсюда и не выбраться.

Январь. А ты полегоньку начинай. Подуй ветром, помети метелью - гости и догадаются, что домой пора. Не поторопишь их, так они до полуночи шишки да сучья собирать будут. Всегда им чего-нибудь надо. На то они и люди!

Декабрь. Ну что ж, начнем помаленьку.

Верные слуги -
Снежные вьюги,
Заметите все пути,
Чтобы в чащу не пройти
Ни конному, ни пешему!
Ни леснику Картина первая. Двенадцать месяцев, ни лешему!

Начинается вьюга. Снег густо падает на землю, на деревья. За снежной завесой почти не видно стариков в белых шубах и шапках. Их не отличить от деревьев. На поляну возвращаются Падчерица и Солдат. Они идут с трудом, вязнут в сугробах, закрывают лица от вьюги. Вдвоем они несут елку.

Солдат. Метель-то какая разыгралась - прямо сказать, новогодняя! Не видать ничего. Где мы тут с тобой санки оставили?

Падчерица. А вон два бугорочка рядом - это они и есть. Подлиннее да пониже - это ваши санки, а мои повыше да покороче. (Веткой обметает санки.)

Солдат. Вот елочку привяжу, и тронемся. А ты Картина первая. Двенадцать месяцев не жди меня - иди себе домой, а то замерзнешь в своей одежонке, да и метелью тебя заметет. Смотри ты, какая завируха поднялась!

Падчерица. Ничего, мне не в первый раз. (Помогает ему привязать елку.)

Солдат. Ну, готово. А теперь шагом марш, в путь-дорогу. Я - вперед, а ты - за мной, по моим следам. Так-то тебе полегче будет. Ну, поехали!

Падчерица. Поехали. (Вздрагивает.) Ох!

Солдат. Ты чего?

Падчерица. Поглядите-ка! Вон там, за теми соснами два старика в белых шубах стоят.

Солдат. Какие еще старики? Где? (Делает шаг вперед.)

В это время деревья сдвигаются, и оба Старика исчезают за ними.

Никого Картина первая. Двенадцать месяцев там нет, померещилось тебе. Это сосны.

Падчерица. Да нет, я видела. Два старика - в шубах, в шапках!

Солдат. Нынче и деревья в шубах и в шапках стоят. Идем-ка поскорее, да не гляди по сторонам, а то в новогоднюю метель и не такое привидится!

Падчерица и Солдат уходят. Из-за деревьев опять появляются Старики.

Январь. Ушли?

Декабрь. Ушли. (Смотрит вдаль из-под ладони.) Вон уж они где - с горки спускаются!

Январь. Ну, видно, это последние твои гости. Больше в нынешнем году людей у нас в лесу не будет. Зови братьев новогодний костер разводить, смóлы курить, мед на Картина первая. Двенадцать месяцев весь год варить.

Декабрь. А кто дров припасет?

Январь. Мы, зимние месяцы.

Декабрь. А кто огоньку принесет?

Голоса из чащи. Весенние месяцы!

Декабрь. Кто будет жар раздувать?

Голоса. Летние месяцы!

Декабрь. Кто будет жар заливать?

Голоса. Осенние месяцы!

В глубине чащи в разных местах мелькают чьи-то фигуры. Сквозь ветви светятся огни.

Январь. Что ж, брат, как будто все мы в сборе - весь круглый год. Запирай лес нá ночь, чтобы ни хода, ни выхода не было.

Декабрь. Ладно, запру!

Вьюга белая - пурга,
Взбей летучие снега.
Ты курись,
Ты дымись,
Пухом нá землю вались,
Кутай землю пеленой,
Перед лесом стань стеной.
Вот ключ Картина первая. Двенадцать месяцев,
Вот замок,
Чтоб никто пройти не мог!

Стена падающего снега закрывает лес.


documentavlfidd.html
documentavlfpnl.html
documentavlfwxt.html
documentavlgeib.html
documentavlglsj.html
Документ Картина первая. Двенадцать месяцев